Московский тракт 41

Я уже писал, что родных домов у меня было много.Появилось несколько родных домов и в студенчестве, так как в общежитие я попал только на пятом курсе. А до этого мне пришлось снимать квартиру вместе с моим студенческим другом Юрой Недосекиным. Конечно мы искали квартиру поближе к университету.А ближе всего к университету располагается Московский тракт, на котором в основном проживают татары. Поэтому первой квартирой, которую мы с ним сняли, была проходная комнатка в подвале по адресу Московский тракт 41. Было это ровно 50 лет назад. Кроме нас в этом подвале жили хозяева Мазитовы -мать и дочь Маша-татары. Сейчас подвал замуровали и от него осталось только одно окно. А тогда на тракт выходили два окна,низ которых находился на уровне земли. Хозяйка с дочкой спали в дальней комнатке, а мы с Юрой в проходной комнатке, в которой умещались две кровати и столик. Кроме этого в подвале была еще кухня, в которой размещалась печка, лавки и стол. Зима 1965 года выдалась суровой и в том году была самая низкая температура за прошедшие 50 лет-54 градуса.Прожили мы в этом подвале года два. На второй год чуть не погибли, если бы не кошка. Как-то зимой хозяйка, которая топила печку углем, видимо закрыла вьюшку раньше времени и мы все легли спать. Пошел угарный газ и мы уже не встали бы, если бы кошка не завопила и не разбудила хозяев. Те вывели нас на улицу-как мы потом целый день болели. Через два года мы сменили место жилья на комнатку в доме напротив. Это была комнатка с отдельным входом и печкой. В ней помещалась только одна двуспальная кровать, на которой мы с Юрой вдвоем и спали. А хозяин этой комнатки был электрик-жуткий пьяница. У него было две трудовых книжки и когда срок штрафа по одной истекал, он устраивался на другую работу по другой книжке. Больше месяца его не держали, после первой получки он уходил в крутой запой и пил до тех пор, пока не пропивал все деньги и пока ему не переставали занимать денег его собутыльники. Когда его выгоняли отовсюду, ои приходил к нам и ночевал на сундучке.Тут я впервые увидел как пьют палитуру. Взяв ее в хозмаге, он насыпал туда соли и болтал ее палочкой, на которую осаживалась та гадость, которой полируют. В результате в бутылке оставалась мутная жидкость, которую он и выпиывал, скрипя зубами. Печку он не топил, а ставил козла, из-за которого перемычки на проводке ночью светились красным светом. Однажды напившись палитуры, он заснул на своем диванчике с папиросой и чуть нас не сжег. Проснулись мы ночью от запаха дыма и увидели, что он сидит на диване, качаясь, а рядом горит одеяло. Вытащили его на мороз, там он и пролежал всю ночь, а на утро даже и насморка не заработал-вот какой был проспиртованный. Третьи нашим домом был дом на пер. Буяновском 9. Тут мы опять сняли проходную комнатку у молодой девушки-татарки, которая работала парикмахером в Томском театре. Сама она жила в соседней комнате-родителей у нее почему-то не было. Зимой в комнатке было так прохладно, что вода в умывальнике застывала и подушка к волосам пристывала в постели.Теперь на Московском тракте восстановили две мечети-Белую, которая рядом с нашим домом, и Красную.А наша хозяйка и ее дочка Маша переехали на Иркутский тракт, да там и померли.

Мечети на Московском тракте

Мечети на Московском трактеМечети на Московском трактеМечети на Московском тракте

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить