Не пишите в комментарии и отзывы всякую рекламу, она не появится,так как они модерируются.

Добавлен материал про мотострелковый батальон 9.9.18

100 лет забвения

Горчаков Иван Николаевич Родился в 1899 г., Смоленская обл., Гжатский р-н, дер. Ярыжек; русские; Арестован в июне 1918 г. Гжатской ЧК Приговорен: ВЧК 5 июля 1918 г., обв.: контрреволюционные действия. Приговор: 2 года высылки в Архангельскую губернию 25.07.18г. и заключить в Московскую тюрьму Реабилитирован 31 мая 1993 г. Прокуратура Смоленской обл. Источник: Книга памяти Смоленской обл. Иван Николаевич приходится братом моему дедушке, Якову. Жили они все вместе со своими родителями в деревне Ярыжки. Никаких подробностей о его жизни мы не знаем, так как даже имя в семье его было по воспоминаниям родственников не то Андрей, не то Алексей по свидетельству моей тетушки Риммы. Прошло 100 лет с того времени, никто из его родственников никогда его не разыскивал и не интересовался его судьбой. Про таких говорят предан забвению.Во время ареста ему было 19 лет.Судя по сведениям из смоленских хроник, единственной виной того восстания крестьян было недовольство крестян наложенной продразверсткой и поход их в Гжатск в поисках справедливости. Кончился этот поход печально-большинство из них оказалось в архангельских лагерях, где они и исчезли бесследно.

Кладовые музея истории физики ТГУ

История физики тесно связана с историей тех людей , которые делали эту физику. И эта история не всегда была лицеприятна. В музее физики кроме приборов храняться и вещи, принадлежавшие этим физикам, и воспоминания о них ( физиках) и их собственные воспоминания. Большая часть этого часто рукописного или набранного на машинке текста нигде не публиковалась. А жаль. Пытаясь ликвидировать это досадное упущение, я взял на себя смелость без разрешения авторов опубликовать некоторые материалы.

Моё богатство

Моё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатствоМоё богатство

Спецпоселенцы

Интересно устроена у нас жизнь.Читают то, что сейчас модно.Открылись архивы спецхранов и посыпались оттуда истории о репрессиях при большевиках.А лет 50 назад мы ничего об этих репрессиях не знали и даже не подозревали тогда, что с нами рядом живут живые жертвы этого.Ну а сами жертвы тогда естественно об этом не рассказывали,а теперь, когда они умерли, то и рассказывать некому.Недавно решил я посмотреть, что пишут о моих ближайших коллегах по работе в интернете и дал поиск в интернет на мою руководительницу дипломной работы Александру Макаровну Янчарину.Знал я ее хорошо, так как сидели мы в комнате за соседними столами и в течение почти двадцати лет работали вместе. И вдруг я с удивлением обнаруживаю, что она оказывается та самая спецпереселенка. Как следует из интернета 3 марта 1930 года ее 19-летнего отца -Макара Ефимовича и мать-Ирину Исаковну переселили из алтайского края на север томской области, в поселок Пудино.В 1933 году у них родилась дочь Анна, которая умерла через три года. Затем в 1938 году родилась вторая дочь Валентина,а в 1941 году у них родилась дочь Александра и наконец в 1947 году родилась дочь Зоя. Всех дочерей записали в спецпереселенцы. Отучившись в школе, Александра решила поступать в ТГУ и добиралась из Пудино сначала по реке на катере, а потом чуть ли не пешком до Томска. Она поступила и окончила университет, вышла замуж, родила двоих сыновей, защитила сначала кандидатскую, а затем докторскую диссертации и достойно прожила свою жизнь, несмотря на клеймо спецпереселенца. А про свою спецпереселенческую жизнь никогда никому не рассказывала. Хотел я узнать подробности об этом деле у ее сестры Валентины, да она недавно неожиданно умерла, а самая младшая -Зоя-умерла еще раньше. Поэтому никаких подробностей этого теперь мы уже и не узнаем. В список репрессированных, составленных мемориальным музеем в Томске, она не попала- нетипичиная история, не укладывается в общую картину узников совести.

Первый польский президент Щецина

Обнаружил в интернете статью из журнала Sedina.pl про первого польского президента Щецина Петра Зарембу.Это был фактически бургомистр города с польской стороны в 1945 году. Размещалась его канцелярия в том же замке, что и кабинет моего отца. Правили они вместе городом 4 месяца.Отец не оставил воспоминаний об этом времени, а Заремба оставил много письменных воспоминаний-несколько книг про то время, в которых он вспоминает и про моего отца. В статье рассмотрена вся его семейная история, начиная с 12 века, уже с позиции сегодняшнего дня. Интересно, что отец Зарембы ( тоже Петр) перед революцией жил в Москве и был директором банка и сбежал в 1917 году в Англию, бросив жену и детей в России. Затем он обосновался в Польше,вызвал к себе жену и детей и дослужился до чина полковника. Воевал против России и награжден орденом Храбрых. За пять лет до начала второй мировой войны его сын-Петр окончил факультет гражданского строительства Львовского Политехнического, а потом вернулся в Познань. В сентябре 1939 года он занимал должность заместителя командующего ПВО. Известно, что во время оккупации он работал в качестве рабочего в составе Городских Зеленых насаждений, а позже как чертежник в одном из проектных бюро. Вероятно, перед войной и в ее ходе он принимал участие в работах, связанных со строительством познаньской Мальты.Он не объяснял и не рассказывал, как и почему „допустили его” в Германию; никогда не подтверждал, что был членом Армии Крайовой, но и не опровергал – о „таких делах” молчал даже в отношении своих близких. В том поколении было это нормально и способствовало выживанию. Кроме того, офицеры Войска Польского (а также их жены!) не приносили подпольной клятвы – считалось, что их предыдущий статус обязывает к дальнейшей борьбе за свою страну и соблюдать тайну. В 1945 году он был назначен президентом Щецина. Первые послевоенные годы-это время, в котором можно было надеяться, что „власть”, несмотря на все будет в меру демократическая, и будет заботится о национальных интересах. Заремба был не единственным, кто решился на сотрудничество с „люблинским правительством”. Ведь именно в этот момент прошедший период казался благоприятным для реализации мечты о „возвращении на реку Одер и Балтийское море”. Но чем дальше от конца войны, тем больше становилось ясно, что „новая власть” хочет сотрудничать только с теми, кто согласен выполнять „только правильные идеи” без каких-либо размышлений, без попыток протеста. Таким образом, после пяти лет правления и после потери зонтика, которым прикрывал его Леонард Боркович-представитель Польши в ставке Жукова, Петр Заремба перестал быть Президентом Щецина – но навсегда остался „Первым Президентом”! Один из сыновей Президента вспоминает сегодня, что, когда в последние годы своего существования ГДР военно-морской флот открыл „войну в Поморском Заливе ", отец попросил его организовать совместный выезд в Голландию. Выбрал маршрут уникальный, не ведущий через Восточную Германию, а через Швецию, Данию и Западную Германию. Когда они оказались в Гааге, Петр Заремба- старший приказал остановить авто в переулке и пошел „куда-то” с папкой документов. Позже он объяснил сыну, что доставил в Международный Суд документы, касающиеся „дела Свиноустья”; он боялся, чтобы не остановила их гдр-овская полиция... Он боялся, чтобы "ШТАЗИ" не взяли документы, хотя знал, что у нее „длинные руки”.Кончилась эра социалистической и настало время неподлеглой Польши.

снова о бундюре и осиновке

Лысоногов Филопен Дмитриевич Жил в 30-х годах в алтайском крае в селе Краюшенки Краснощековского района крестьянин со странным именем Филопен. В 1925 году родился у него сын, назвали которого Григорием. Хозяйство у Филопена видимо было справное, поэтому в годы раскулачивания признали Филопена кулаком и 12 декабря 1931 года сослали вместе со всем семейством на север Томской области в деревню Осиновку, которая тогда только что образовалась. Как они туда добирались и с чем –неизвестно. Григорию тогда было 6 лет, но его тоже записали в кулаки. В кулаки же попали и все его сестры, которые были уже рождены в Осиновке- Раиса в 1937 году, Александра в 1942 году и Пелагея в 1945 году. Как видно и в далекой спецпереселенческой деревне в самые тяжелые для страны годы женщины продолжали рожать и воспитывать детей. Старшему из детей Григорию в 1941 году исполнилось 16 лет и в 1943 году, несмотря на то, что он был спецпереселенцем, его забрали в армию. Пытались его забрать еще раньше, возможно в 1942 году, однако он вместе со своим другом сбежали в тайгу, поэтому и не были тогда призваны. Может это и спасло им жизнь, так как в 1942 году потери в армии были большие. Ну а в 1943 году пришлось пойти Родину защищать. После войны проживал в деревне Бюндюр и работал в колхозе. Про его фронтовую судьбу в интернете есть воспоминания его правнучки Веры Лысоноговой из поселка Высокий Яр, правда про то, что он был спецпереселенцем, там ничего не говорится. Может быть, живы еще сестры и помнят подробности этой истории, да только как их найти? Разъехались они по разным весям, да и фамилии поменяли.